«Волшебный фонарь»

26 June, 2018
     «Волшебный фонарь: путешествие на поезде времени». Руководитель Центра комиксов и визуальной культуры Олеся Шамарина прочитала лекцию о зарождении искусства светописи, её видоизменения и о развитии техники создания «световых картин» – прообразах диафильмов. Из этой увлекательной истории посетители лекции узнали, почему диапроекторы, знакомые многим по временам советского детства, были важным этапом развития медиа.


 




    Слушатели узнали о тайне знаменитого храма фараона Рамсеса II в Абу-Симбеле, где два раза в год — 22 февраля, в день рождения фараона, и 22 октября, в день его коронации — в храме происходили уникальные световые представления. В шесть часов утра первый луч солнца проникал через вход в храм, освещал коридор длиной 65 метров, который вел к культовой нише святилища. И что самое удивительное — он ни на секунду не касался фигуры Птаха, задерживался по шесть минут на скульптурах Амона-Ра, Хармакиса и целых 12 минут ярко освещал Рамсеса. И храм, и это устройство сохранились до наших дней, так что теперь уже нет никаких сомнений: действительно, более 3000 лет назад люди умели получать оптическое изображение, проецируя луч света сквозь точно рассчитанное отверстие в стене на заранее выбранное место. С помощью зеркал и дыма солнечный свет порождал во тьме удивительные образы – светящиеся «фигуры богов» и дымно-тёмные «призраки умерших». Это были первые и весьма удачные попытки создания иллюзий с помощью света и тени, служившие мощным орудием воздействия в искусных руках египетских жрецов.


Тёмный коридор Абу-Симбела, ведущий в тайную комнату с изваяниями богов

    Затем повествование перенеслось в Китай времён императора Цинь Ши Хуан-ди, правившего в 221—210 годах до н. э. Именно тогда появились первые фонари, служившие не только для внушения священного трепета, но и для восхищённого развлечения. Фонари имели разные конструкции, но у них был общий принцип действия: на промасленную тонкую рисовую бумагу наносился ряд рисунков, которые двигались друг за другом вручную или при помощи привода, например, лопастей, вращающихся под воздействием теплого воздуха от горящей в центре конструкции лампы. Изображение проецировалось на стену. К XI веку так называемый театр «китайских теней» достиг высокого художественного уровня, как в самом Китае, так и в Индонезии и Индии. Отсюда он проник в Персию, Аравию и получил особенное развитие в турецком театре «Карагёз». Многие века он служил развлечением императоров и знати, а уделом простых смертных были тени бумажных силуэтов на освещённом полотнище.



Слева направо: 1- император Ци Ши Хуанд-ди со свитой; 2 – китайский зоетроп, воссозданный по принципу императорского (если встать напротив барабана, глядя в прорези и раскрутить его, то прикреплённые внутри фигурки птиц, двигаясь и чередуясь, создают иллюзию полёта со взмахами крыльев); 3 – индонезийский театр теней Ваянг-Кулит.


    «Настоящий» волшебный фонарь (как аппарат, конструктивные принципы которого существенно не изменились до наших дней) был открытием первой половины XVI века. Ему предшествовали важные исследования в оптике, без которых он и не смог бы появиться. Речь идет об экспериментах итальянцев Леонардо да Винчи в области взаимодействия линз, зеркал и света, и Джамбаттисты делла Порта – изобретателя конструкции «тёмной камеры» (по-латински «камера обскура»).



Принцип «камеры обскура» Джамбаттиста делла Порта: если в тёмной коробке проделать дырочку, то на противоположной её стороне отобразится в перевёрнутом виде ярко освещённый объёкт, стоящий напротив отверстия. Так работает человеческий глаз; так же устроены современные фотоаппараты. Хитрые художники использовали камеру обскуру для создания фотографически точных портретов, обводя на холсте очертания клиентов.


    В 1640 году в Риме немецкий монах-иезуит Афанасий Кирхер продемонстрировал святым отцам своё изобретение, сконструирование с применением открытий да Винчи и делла Порты – Кирхер назвал его Catoptria magica, что и означает по-латински «волшебный фонарь». Использовавшийся первоначально в монастырях для имитации «явлений святых» и «набегов демонских» (с целью запугать неграмотное население и внушить ему трепет перед могуществом Церкви), к XVIII веку волшебный фонарь становится всё компактнее, и вот он уже появился на площадях в руках уличных фокусников – вместо святых и демонов он начинает показывать виды чужих стран и скабрёзные картинки, и «излишняя популярность» приводит к тому, что использование проекций для монастырей оказывается невозможным – во избежание уличения в обмане верующих.



Волшебный фонарь Афанасия Кирхера: цилиндр, внутри которого у основания (АВ) установлено вогнутое зеркало параболической формы, перед ним горит свеча (F). Сбоку конструкции ручка фонаря (E), сверху вытяжная труба (С), спереди – выдвижной тубус с линзой (D). Рядом – гравюра из трактата Вильгельма Гравезанда «Physices Elementa Mathematica» (1742), демонстрирующая использование кирхеровского фонаря для проецирования «ужасающих образов адских приспешников».



Французские гравюры: площадной фокусник с переносным «кирхеровским фонарём» и сеанс развлечения публики диковинными «туманными картинками».



Разумеется, шарлатаны использовали волшебный фонарь не хуже египетских жрецов: в лекции рассказывалась и история некоего мсье Робертсона, называвшего себя некромантом и за немалые суммы «вызывавшего тени умерших» для богатой и доверчивой публики


    Во второй половине XIX века Жюль Дюбок и Муаньо начали проецировать изображения различных физических явлений на белом полотне. Кроме того, Дюбок приспособил к фонарю электрическую лампочку — новый источник света, а затем в 1885 году предложил использовать для проекции фотографические снимки. Все это подготовило почву для появления диафильма в полном смысле слова.



Некто Александр Блэк первым догадался, что можно не просто демонстрировать разрозненные фотографии, а выстраивать из них связные истории, и более того – делать ряд постановочных кадров по собственным сценариям. По сути, он придумал фотокомиксы! Кадры из блэковского фотокомикса «The girl and the guardsman» (1900)


    Конец XIX — начало XX века историк кино Ф. Шипулинский называет «эпохой туманных картин». Появились они и в России, в ее обеих столицах — Петербурге и Москве, в провинциальных городах, проникли в деревню. В России было мало аппаратуры, мало картин, мало образованных людей, и волшебный фонарь местами служил хорошим средством для отвлечения неграмотных крестьян от единственного места культурного досуга — трактира. Показ картин сопровождался чтением вслух брошюры, прилагавшейся к каждой картине. Наряду с картинами существовали и наборы диапозитивов на самые различные темы. Они являлись отдельными иллюстрациями, иногда серией иллюстраций, предназначенных для сопровождения лекций, уроков, бесед.



Нижний Новгород, Самокатская площадь, кинотеатр «Волшебный мир» (1896)


    В декабре 1895 года в парижском «Гранкафе» изобретатели кинематографа братья Люмьер дали свой первый публичный сеанс. Кинематограф начал свое победное шествие по миру, но на первых порах статические картины — диафильмы — продолжали привлекать внимание публики и не сразу отступили перед кино. В фильмах зрителя привлекал не их убогий сюжет, а иллюзия движения, ожившая фотография, сам «фокус». Диафильмы тогда были куда содержательней.


    Однако же начало XX века внесло серьёзные коррективы в развитие культуры развлечений. За несколько лет до Первой мировой войны производство «туманных картин» в России пришло в упадок – большинству стало не до праздного наблюдения за светотенью. Война в свою очередь принесла разруху, голод, неисчислимые бедствия народу. Недостатки стали ощущаться во всем — в пленке, в металле, в людях. Российское полукустарное производство «туманных картин» окончательно замерло. Возродилось оно уже в Советской России.



Моор Д.С. Агитплакат «Да здравствует всемирный красный октябрь!» (1920)


    Под руководством партии большевиков агитаторы-просветители в 1920-х годах проделали по-настоящему колоссальную работу в области просвещения народа, абсолютное большинство которого являло собой в России крестьянство. Особенно сложными и трудными были условия в деревне, где работники политпросвета нередко встречались с чуть не поголовно безграмотной аудиторией. Агитаторы и пропагандисты использовали в своей деятельности все возможные, довольно еще скудные, наглядные пособия и в их числе проекционные фонари для демонстрации диапозитивов на стекле. Но фонари эти были тяжелы, громоздки, а стеклянные диапозитивы дороги, хрупки, неудобны для перевозки по тогдашнему бездорожью. Необходимо было видоизменить проекционные фонари, приспособить их для обычной кинематографической пленки. Такой аппарат был сконструирован сотрудником Главполитпросвета кинооператором Павлом Мершиным и получил название «Избач». У него была характерная особенность — ручная динамо-машина, которая давала электроэнергию. «Лампочки Ильича» зажглись лишь в немногих пригородных деревнях, а динамо-машина же с ручным приводом и реостат давали возможность использовать проекционный фонарь в селениях, где и в помине еще не было электричества.



Мобильная изба-читальня, Верхнеудинск, 1920-е гг.; изба-читальня на колёсах, 1930-е гг.



Диапроектор «Избач» (справа); он же с реостатом и приводом динамомашины (слева)


    Вслед за «Избачом» появились новые, улучшенные аппараты — алоскопы, а затем фильмоскопы. Страна быстро электрифицировалась. Ручная динамо-машина сошла со сцены — ведь фильмоскоп мог работать от аккумуляторов любой автомашины. Одной из основных задач усовершенствования проекционных аппаратов стало усиление освещенности экрана и яркости изображения.


    В 1930 году была открыта специализированная фабрика № 5 треста «Союзтехфильм» Главного управления кинофотопромышленности при Совнаркоме СССР. В первые три года своего существования фабрика, как и ее предшественники — цехи Главполитпросвета — выпускала в основном диапозитивные пленочные серии по вопросам сельского хозяйства, и главным образом по вопросам социалистического преобразования деревни. То есть, при всём разнообразии тематики серий, «жанр» их был, по существу, один — наглядное пособие. Серии представляли собой набор изобразительных фрагментов, предназначенных для иллюстрирования той или иной темы. Текст состоял из подписей, поясняющих изображение, и совершенно не читался как что-то единое. Никому не пришло бы в голову говорить тогда о «сценарии для диафильма». Был придуман новый, довольно неуклюжий термин — кадроплан (то есть, перечень и план расположения фото, пояснительные надписи к ним и указания, где их можно достать или переснять, — в книгах, музеях, фотохронике ТАСС и т. п.).


    Вскоре жизнь показала, что потребность в диафильмах велика не только на селе, но и в городах. В 1938 году фабрика № 5, набравшая колоссальные обороты производства, получает индивидуальное имя и называется отныне «Диафильм». Наряду с ростом объема производства шло непрерывное расширение тематики. Начинается систематический выпуск школьных пособий, преимущественно географических, исторических, биологических. В диафильмах находят отражение индустриализация страны, опыт стахановского движения. Отдельные серии посвящаются новостройкам первых пятилеток. Большое место заняла в диапозитивных сериях историко-революционная тематика. Появились первые антирелигиозные диафильмы.



Первый логотип будущей студии «Диафильм»



«Линейка продукции» фабрики № 5 треста «Союзтехфильм»: агитационные, исторические, просветительские, культуроведческие диафильмы


    Итак, фабрика «Диафильм» здравствовала и процветала — уже под именем студии. В 1954 году её логотип в очередной раз изменился в соответствии с веяниями времени. На тот момент над продукцией студии успели систематически поработать в качестве авторов и консультантов многие известные писатели и художники. Сценарии для диафильмов (и статьи о диафильмах) писали Назым Хикмет, Алексей Толстой, Лев Кассиль, Корней Чуковский, Самуил Маршак, Сергей Михалков, Борис Житков, Виталий Бианки, Лазарь Лагин. В создании диафильмов участвовали художники Е. Евган, Кукрыниксы, В. Сутеев, К. Ротов, В. Радлов, А. Брей, Л. Ходаков и другие. В начале 1960 годов студия «Диафильм» снова меняет логотип – на тот, с которым просуществует уже до самого распада Советского Союза.



Диапозитивы и диафильмы, знакомые каждому советскому школьнику


    Диапроекторы со временем стали настолько компактны и недороги, что превратились в предмет, который очень удобно подарить ребёнку — в одной коробке и польза, и интерес. Самой популярной моделью являлся диапроектор «Этюд», выпускавшийся на Волчанском агрегатном заводе в Харьковской области на Украине. После распада СССР не сразу, но неизбежно прекратилось и массовое производство диафильмов и диапроекторов.



Семейный просмотр диафильма «Робин Гуд» (Венгрия, 1958)
Любопытный образец первой советской телерекламы


    Эпоха Интернета вдохнула новую жизнь в старые плёнки – стало возможным оцифровывать не только самые редкие, но и вообще все эти «рисованные ленты». К 2010-м годам во Всемирной сети появилось множество сайтов, предлагающих смотреть диафильмы онлайн, бесплатно и в открытом доступе – был бы под рукой современный мини-проектор. То, что было достоянием одних лишь коллекционеров, как и виниловые пластинки, стало новым культурным веянием – и, учитывая конъюнктуру рынка и неизбежную волну ретро-ностальгии, самые хитрые китайские производители поспешили наладить (пока ещё точечное) производство «читающих плёнки» диапроекторов, чьё устройство, несмотря на внешний футуристический дизайн, по факту копирует незабвенные харьковские «Этюды».


    В завершение встречи желающие смогли не только выбрать для просмотра диафильмы из коллекции библиотеки, но и самостоятельно запустить диапроектор и управлять им.


Олеся Шамарина


Источник: izotext.rgub.ru